haritonoff (haritonoff) wrote,
haritonoff
haritonoff

Мирмекология с Алексом Вайлдом; часть VI: охотники

Для вновь прибывших – этот журнал не посвящен муравьям. Это лишь серия постов про муравьев, суть которой в пояснениях на русском языке к фотографиям американского мирмеколога Александера Вайлда с сайта http://www.alexanderwild.com/

Часть I – муравьиные войны
Часть II – муравьи и растения
Часть III – трофобионты
Часть IV – прочие мирмекофилы
Часть V – кочевники



Рыжий муравей заполевал и тащит домой клопа-вонючку. А запах? Выветрится…


Рабочие Stigmatomma oregonensis и парализованная ими ядовитая многоножка-геофил. Это делается так:


Stigmatomma oregonensis - специалист по многоножкам. Вот двое пытаются ужалить передний конец геофила, одновременно противостоя пятящемуся заднему концу.


Укол – и жало погружается глубоко в головную капсулу многоножки. Ядовитые ногочелюсти жертвы – и самой неслабой охотницы – оказываются бессильными, муравей словно нарочно демонстрирует удаль и быстроту реакции, работая в их зоне досягаемости.


И потащил.


Фото с трофеем. Фуражир Plectroctena cristata попирает парализованного кивсяка.


Колония крайне примитивных муравьев Adetomyrma goblin и их жертва – личинка какого-то жука. Особенностью этих муравьев является то, что их взрослые особи не могут есть твердую пищу, а личинки могут. У большинства современных муравьев наоборот, а вот у их предков было именно так – современные осы тоже питаются нектаром, а насекомых ловят в пищу личинкам. Адетомирмы демонстрируют нам, как, возможно, муравьи стали теми, кто они сейчас, и выглядит это, надо сказать, несколько жутковато. Взрослые приносят домой добычу, которой питаются личинки, а сами взрослые питаются тем, что… прокусывают шкурку личинок и пьют их гемолимфу. Такой вот вампиризм на собственных детях, из которого, возможно, и развился впоследствии трофаллаксис (когда все муравьи колонии кормят и друг друга, и личинок нормально, рот-в-рот) у более продвинутых видов. Личинки, впрочем, особо не страдают, плоти приносимых взрослыми жертв им с избытком хватает, чтобы насытить и себя, и заботливых родителей-вампиров.



Гусеницы – любимая добыча муравьев, в уничтожении различных вредителей и состоит польза муравьев (не только в этом – они еще много чего хорошего делают, но тут речь об охоте). Отличие мурашей от остальных хищников состоит в том, что муравьиная численность не зависит от численности определенного вида жертв, у них есть другие источники пропитания. Поэтому при внезапном всплеске поголовья гусениц или жучков каких-нибудь прочим насекомым хищникам нужно время, чтобы обожраться этих гусениц, потом на сытое брюхо размножиться, вырастить следующее поколение и уже только потом приняться за уничтожение вредителя. Даже при насекомьих темпах на это уходят недели – рост сдерживающего фактора отстает. А муравьи всегда наготове, тем и ценны для народного хозяйства.




Гордый охотник Aphaenogaster тапае возвращается в город с тушкой моли.



Массовый лёт термитов в начале сезона муссонов – золотое время для муравьев. Муравей-жнец Novomessor albisetosa добавляет еще одну тушу термита к груде трофеев и готовится бежать за новой. Часть остается сторожить склад:


В качестве жертв видны в основном несостоявшиеся короли и королевы термитов, либо так и не успевшие взлететь с купола, либо пойманные уже на земле.


А тут самому жнецу пришел карачун от Dorymyrmex bicolor . Это не война, как в первой части, это охота – он пойдет на ужин.


Ктырю в воздухе нет равных – эта свирепая хищная муха атакует и стрекоз, и шершней. Но на земле он сам оказывается жертвой крохотных Forelius`ов.



Harpegnathos saltator - дневной охотник с отличным зрением. К жертве прыг, челюстями-щипцами хвать, жалом в мягкое подбрюшье тыц.






Мирмеция и шершень. Шершень силен и свиреп, и яда в нем хватило бы на сотню таких, как этот муравей-бульдог, но он не привык пользоваться жалом для охоты, только для защиты гнезда, а челюсти его сильны, да не так быстры, как у мирмеции.


Муравьи не за просто так отказались от полета – отсутствие громоздких летательных мышц за спиной сделало их легкими и быстрыми.


Парализованную добычу, сопоставимую по размером с охотником – например, другого муравья – удобно переносить под фюзеляжем. Neivamyrmex nigrescens возвращается из успешного набега на гнездо Aphaenogaster


Скорость захлопывания челюстей одонтомахуса – одно из самых быстрых движений в животном мире. Причем мышечным усилием он их лишь разводит, а захлопываются они сами, за счет упругости, как капкан.




А вот Paratrechina longicornis разделывают тушу одонтомахуса.


Муравьи-портные пригласили на обед кузнечика.


Транспортировка добычи (дорожная оса). Видно, что муравьи не волочат тушу, а аккуратно приподнимают.


Pheidole obscurithorax готовятся разделывать многоножку. Крупные рабочие используют свои мощные челюсти, чтобы нарезать добычу ломтями, а мелкие понесут их в гнездо (по крайней мере, так это обычно происходит).


Та же тактика. Это рабочие одного вида, Carebara affinis - и большой, и маленькие. Здесь они атакуют личинку жука.


Большой в принципе способен утащить всю тушу целиком. Тогда зачем мелкие?


А вот зачем. Здесь муравьи обнаружили под корой ходы более мелких личинок жуков. Сейчас здоровяк использует свои мандибулы, чтобы вскрыть ход, но сам он в него не протиснется – это работа для карликов.


Тропические пахикондилы, наоборот – одинокие охотницы. Хоть они и живут колониями, каждая охотится в одиночку. Эта поймала жука-карапузика.


Aphaenogaster lamellidens обнаружил сороконожку и пытается вытянуть ее из норы. Тянет-потянет, вытянуть не может. Позвал Aphaenogaster lamellidens.


Aphaenogaster lamellidens за Aphaenogaster lamellidens – тянут-потянут, вытянуть не могут. Позвали Aphaenogaster lamellidens.


Так и не знаю, чем эта история закончилась. Вытянули небось сороконожку.


Крошечный Strumigenys louisianae живет в гнездах листорезов Trachymyrmex arizonensis и охотится там в грибных садах на жрущих грибы коллембол.


Его не трогают – знают, что приносит пользу.


Ритидопонера и гусеница


Понерина Leptogenys falcigera предпочитает мокриц. Главное – развернуть…




Papyrius nitidus c термитом.


Вообще-то муравьи-жнецы – не охотники, а собиратели семян. Но, наткнувшись на легкую добычу, как этот водяной клоп-гребляк, оказавшийся на суше, не откажутся от шанса.


Анонихомирма агрессивно скалится на фотографа, защищая найденную тушу кампонотуса.


Феидоле тащат добычу домой. Муравьям выгоднее работать более многочисленными группами, так можно успешнее защитить трофеи от более сильных муравьев и быстрее дотащить ее до дому, так что конкуренты не успеют привести подкрепление.


Discothyrea mixta наткнулись на кладку чьих-то яиц.


Красивая блестящая пахикондила скомкала некрасивую гусеницу-вредителя.


Летающие насекомые становятся легкой добычей муравьев при невысоких температурах. В прохладный день ритидопонера поймала грибного комарика на взлете.


Муравьи – наши маленькие друзья.

Также по теме: Особенности мира насекомых 1, 2, 3;
Эволюция перепончатокрылых 1, 2, 3, 4, 5;
Социальная жизнь муравьев (на примере рыжих лесных) 1, 2, 3.
Tags: живые природы 2
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →