haritonoff (haritonoff) wrote,
haritonoff
haritonoff

Category:

История манси-V; vae victis

приквел 1
приквел 2
Часть первая
Часть вторая
Часть третья
Часть четвертая

После гибели Ермака 5 августьа 84 года остатки его войска сочли за лучшее бросить Искер и уйти обратно в Московию – вот и всё "покорение Сибири Ермаком". В оставленном городе воцарился сын Кучума Сейтек. В том же году умер Иван Грозный, и престол перешел к Федору Ивановичу. В 1585 году он отправил в Сибирь воеводу Ивана Мансурова с отрядом в 100 служилых и казаков, задачей которых, видимо, было разобраться в обстановке, сложившейся в Сибирском ханстве – отряд был слишком мал для того, чтобы выполнять какие-то военные задачи. О том, чтобы выбить Сейтека из Искера, не могло быть и речи. Вместо этого отряд Мансурова прошел северной дорогой до устья Иртыша и принялся строить острог для зимовки.


«Сибирские казаки у проведывания новых землиц»*

К недостроенному городку мансийскими вождями были стянуты отряды с берегов Оби, однако судьба, похоже, уже отвернулась от них. Под стены осажденного городка для поднятия боевого духа был доставлен некий "Белогорский шайтан" – весьма уважаемый и намоленный идол. В самом начале сражения не то меткий, не то просто удачный выстрел из пушки разнес болвана в щепки, после чего нападавшие спешно отступили – поражение духовного покровителя не оставляло им шансов на победу, особенно теперь, после учиненного Ермаком два года назад разгрома, унесшего жизни множества лучших воинов и вождей. На следующий год, весной 1586 года, стрельцы оставили укрепленное зимовье и ушли обратно за Урал. По всей видимости, в задачу Мансурова входила только разведка. Однако после него манси, жившие по Северной Сосьве и Оби, отправили в Москву князя Лугуя с просьбой принять их в русское подданство. Просьба была удовлетворена – с наложением обязательства вносить ясак по 280 соболей в год.
Часто считают, что шкурка соболя с человека в год – пустяковая дань. Это не совсем так. Даже самый опытный охотник за сезон брал не более пяти-шести соболей. Почти все они уходили на ясак, поскольку он раскладывался на всех мужчин совершеннолетнего возраста, но реально добывать соболя приходилось самому опытному в роду охотнику. Это был тяжелый налог, тем более, что ясатчики очень неохотно брали белку взамен соболя, да и соболей старались брать самых лучших, с густым и красивым мехом. Русские ловили (и ловят до сих пор) соболя другими методами. Они расставляли многочисленные ловушки и капканы с приманкой, в которые попадался самый разный пушной зверь, от белки до соболя. Это эффективный, но варварский способ ловли, ведущий к уничтожению популяции. Подсчитано, что русские, захватив звероловные угодья, выбивали и вылавливали соболя примерно за 20 лет.

В 1587 году Сейтек был предательски взят в плен воеводой Иваном Чулковым при переговорах, после чего из центральной части Сибирского ханства начался массовый исход жителей. Искер был брошен, и на этот раз окончательно, а русские принялись строить свои остроги. За Мансуровским городком последовали Тюмень, Тобольск, Лозьвинск…


«Казаки при постройке линейных крепостей - оборонительных сооружений по Иртышу, возводимых в первой половине 17 века»

В 1590 вновь проявившийся Аблегирим поднял в своих владениях антирусское восстание. В начале 1593 года для ликвидации мятежа из Лозьвинского городка выступил отряд во главе с воеводой Никифором Траханиотовым, князем Михаилом Волконским и письменным головой Иваном Змеевым. Пелым был взят, Аблегирим захвачен в плен и вместе со своим старшим сыном казнен, остальных членов его семьи отправили в Москву, а Пелымское княжество фактически прекратило свое существование. Тем же летом при впадении реки Пелым в Тавду отрядом прибывшего из Москвы князя Петра Горчакова был заложен уже русский город Пелым, предназначенный контролировать земли по Конде, Лозьве, Сосьве, Пелыму и Тавде.



На следующий год, в 1594, вспыхнул новый мятеж – в населенном манси Березовском уезде. Он начался с того, что 18 февраля 1594 года хантыйские князья Игичей Алачев и Онжа были пожалованы правом собирать ясак в свою пользу с двух волостей по Сосьве, самостоятельно отправлять суд и не платить никаких податей и пошлин. Дело в том, что Игичей давно враждовал с мансийским князем Агаем и активно помог русскому отряду в строительстве Березова в самом центре владений своего врага. Какого рода была эта помощь – сведений не сохранилось. Может быть, просто рубили для русского острога лес, а может быть, помогали разорять окрестные вогульские поселения. И вот этот Игичей, дабы реализовать пожалованное право, напал на вогулов и прошелся грабежом по их землям. Князь Агай собрал ополчение и в ответ напал на Березов – Игичей в момент нападения гостил у русских. Ответный поход вместе с Игичеем возглавили вышеупомянутые Змеев с Траханиотовым. Вогулы были разбиты, князь Агай и его сын Азын попали в плен и, как водится, были отправлены в Москву. Трофеи русские и ханты Игичея делили на равных. Игичею очень приглянулась дочь Агая. Но Траханиотов отнял ее и отдал другим хантам, от которых она все равно попала к Игичею.

Этот хантыйский князь был довольно долгое время наместником от русских в Березовском уезде, регулярно грабя манси их и угоняя пленников. Русские на все это смотрели сквозь пальцы – по всей видимости, здесь не обходилось без доли от награбленного. Так продолжалось до тех, пока князь кондинских вогулов Курманай Танаев в 1600 году не пожаловался в Москву на Игичея и пока в 1604 году не вышел царский указ, сильно урезающий полномочия ретивого остяцкого князя.



В конце весны 1595 вновь вспыхнуло восстание в Нижнем Приобье, охватив все волости Березовского уезда и низовья Оби, где располагалось все еще сохранявшее независимость Обдорское княжество. Березовский гарнизон был блокирован в крепости на несколько месяцев до прибытия подкрепления из Тобольска, после чего восстание было жестоко подавлено, Обдорское княжество разгромлено, а для контроля над территорией был поставлен Обдорский острог – будущий Салехард.


«Въезд плененного кучумова семейства в Москву в 1599 г. По приказу царя Бориса Годунова именитое кучумово семейство (8 жен, 8 дочерей, 5 сыновей и жен последних с детьми) Москва встречала в соответствии с прежним их высоким положением»

С уничтожением независимых мансийских и хантыйских княжеств и взятием под контроль торговых путей начался приток русских в Зауралье и Приобье. Первые крестьяне переселялись в эти неспокойные места принудительно, специальными указами, но уже к концу XVII века численность колонистов превысила численность зарегистрированного коренного населения. Манси постепенно переселялись на север и восток, частично ассимилировались. Причем, если татары до "покорения Сибири" собирали только пушнину, пусть и по высоким ставкам, то русские со временем забирали у местного населения земли, которые были "нужны" под деревни и пашни, рыболовные угодья, леса, в которых промышлялся пушной зверь – местное население лишали самих условий воспроизводства и экономических основ существования.
От каждого ясачного рода русскими брались аманаты-заложники: для того, чтобы выплата ясака не задерживалась и была в полном объеме. Аманаты брались, главным образом, из знатных семей, но брали их также и из простонародья, на определенный срок, по истечении которого князь ясачного народа должен был отправить взамен новых аманатов. Содержались заложники в специальных аманатских избах, которые строились таким образом, чтобы одна стена этой избы была частью городской стены – для того, чтобы родственники могли передать аманатам продовольствие, ибо заложникам хлебное жалованье не полагалось и русские их не кормили. Родственники заложников регулярно приходили к стене аманатской избы и передавали пищу через небольшое окошко. На таком положении арестантов эти заложники жили по три-четыре года. Понятно, что русские аманатами особо не дорожили, и было много случаев, когда заложники умирали. Эти случаи приводили к многочисленным ссорам, войнам и набегам на русские владения.



В 1710-е годы был предпринят натуральный "крестовый поход" с целью принудительного обращения манси в христианскую веру. В ходе его были разрушены все сохранившиеся городища и святилища, которые удалось обнаружить; сопротивлявшихся уничтожали. Оставшаяся верной традициям часть князей была казнена, те же из них, кто принял крещение или был крещен ранее, получили должности в русской администрации – теперь обязанность по сбору ясака была возложена на них. Многие из таких не упускали случая взымать свою долю сверх обязательных поборов – в качестве образца для подражания у их были те же русские наместники. Бремя налогов и грабительские сделки русских и коми-зырянских купцов с властями привели к тому, что простые манси совсем обнищали и вынуждены были голодать. Самого ценного пушного зверя – соболя – истребили настолько, что мужчинам приходилось отправляться за многие сотни километров, чтобы добыть его и уплатить обязательные подати. Помимо ясака, лояльные князья обязаны были выставлять людей для строительных работ и воинской службы. Дальнейшую судьбу местных аристократов на русской службе хорошо иллюстрирует история потомков Алачея, разбогатевших на спекуляции пушниной: обнищавшие и в конец отчаявшиеся жители Конды подняли восстание против последних Алачевых и обратились к царю с прошением разрешить им уплачивать подати непосредственно ему. Поскольку в XVIII в. русские уже не особо нуждались в помощи местной знати (низведя ее до уровня простых челобитчиов перед своими сиятельными особами), они не оказали никакой поддержки Алачевым – пусть дикие вогулы разбираются между собой сами. Вогулы разобрались.



В последние два столетия существования Российской империи манси практически утратили свою экономическую базу. Купцы прибрали к рукам их лучшие охотничьи и рыбные угодья за счет того, что с готовностью открывали им кредит в счёт платы за добычу будущего года. Простое население и так не знало истинных цен на добытые меха и привозные товары, а спаивание водкой превращало их в послушных рабов. На пригодные для земледелия территории прибыли переселенцы из других мест Российской империи. Все сколько-нибудь пассионарные представители этноса либо были уничтожены, либо предпочли принять культуру, язык и образ жизни победителей – южные группы обских угров были постепенно ассимилированы русскими и татарами, такая же участь постигла и большинство европейских манси, и лишь небольшая их часть перевалила через Урал и искала себе новое пристанище дальше к востоку. Алкоголь привел к серьезной физической и нравственной, а христианизация – к культурной деградации, кроме того, их численность сократилась в десятки раз из-за болезней, занесённых переселенцами…

На этой невеселой ноте я, пожалуй, закончу. О советского времени и современных проблемах и достижениях манси и других "коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока" много написано на соответствующих тематических ресурсах, а я здесь попытался только рассказать на одном лишь примере, что было до того, как эти народы стали такими, какими большинство их знает сегодня. Или думает, что знает.

*PS В качестве иллюстраций – картины истории службы Сибирского казачьего войска из альбома работ художника, этнографа и писателя Н. Н. Каразина, который длительное время жил в Сибири и Средней Азии как солдат, а затем как летописец местных событий. Альбом предназначался в подарок будущему императору Николаю II "самому августейшему атаману" и был подарен ему летом 1891 года, когда он возвращался через Сибирь из поездки на Дальний Восток России. Его главная тема касается казацкой народной истории восточнее Урала, начиная с победы Ермака над Кучумом в 1582 году и продолжая другими событиями из трехвековой истории.
Tags: военная история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 34 comments