haritonoff (haritonoff) wrote,
haritonoff
haritonoff

Categories:

История чукчей-IV; про землепроходцев

Часть I
Часть II
Часть III

Плыла полярная ночь,
Стоял на бреге казак,
Костры немирных чукоч
Ему глядели в глаза...
olegmedvedev




Была девочка, имя Гынкы-нэут. Собрались в шатре совершающие служение, закрыли дымовое отверстие, поют, а между тем это собаки. Одни поют: «Кооо, кооо!», воют дружочки, другие: «Коон, коон, коон!», третьи, стоящие: «Ооо, нооо!». Наконец хозяйка говорит девушке: «Посмотри-ка, что за поющие, зачем они закрыли дверь и дымовое отверстие?» Нашла щель, заглянула. Все собаки воют. Люди прибежали и стали колотить. Убежали собаки на западную сторону, стали русским народом. Часть осталась собаками, сделалась их упряжкой. Прежние битые стали гневаться за удары, начали войну. Гук! Мы не знали! Наши били собак, а они стали народом! Стали воевать…


…Когда в первый раз сошлись на битву таньги и чукчи, стали строем друг против друга. Сильно испугались наши, ибо таньги совсем невиданные, торчат у них усища, как у моржей, копья длиною по локтю так широки, что затмевают солнце; глаза железные, круглые, вся одежда железная. Копают концом копья землю, как драчливые быки, вызывают на бой. Сидят все, опустив голову, боятся. Вышел таньгин, копьем машет: «Кто, кто выйдет со мной на борьбу?» По-прежнему сидят, потупив голову, и молчат, не решаясь. Старичок из наших, старый старичок, ходит впереди: «Ну кто, кто попробует?» Все молчат. Есть четыре сильных: Чымкыль, Айнаыргын, Эленнут и Лявтылывалын. «Ну, пусть хоть Чымкыль попробует!» Впереди Чымкыля сидит его отец. Ждет богатырь, пока заговорит старик. Однако все сидят молча, не решаются. По-прежнему ходит старичок впереди рядов: «Кто, кто попробует?» Айнаыргын крикнул: «Ну, пусть я!» Лявтылывалын закивал: «Ты, ты». «Нет, я! — крикнул Эленнут, — Я от рогов тоже острая спица. Пусть сперва обломают полные рога у Лявтылывалына». Копье к ноге приложил, выскочил по глубокому снегу.

Началось. Три дня, три ночи борются, никто не может одолеть. Стал Эленнут изнемогать. Но устал и таньгин. Сдвинулась железная шапка на затылок, показались волосы: вся голова седая. Прокусил насквозь губу Эленнут: «Неужели буду побежден стариком?» Стал виться, как волос, вокруг таньгина, наконец ранил его в бедро. Упал таньгин на локоть. «Како! Силен ты! Одержал верх надо мною. Только теперь увидел себя победителем», — «Не говори, потому что между рожденными беломорской женщиной не нашлось человека померяться с тобой!» — «А-а! Кто отец-то? Покажи мне его! Хорошо тебе, взрастившему такого сына! Ну, убей меня!» — «Нет!» — «Убей, убей меня, говорю! Побежденному зачем жить на свете?» Как ни приставал, не убил. Тогда снял с себя железную одежду, отдал копье, говорит: «Этим ты владей, если ты сильнее! Вот мой обоз. Тут есть моя жена, дети и имущество!» Сам ушел пешком о посохе.

Первый документально зафиксированный контакт русских с чукчами состоялся в 1641 году, и был военным столкновением – на реке Яне чукчи напали на русских сборщиков ясака под командованием Семена Дежнёва – того самого. Чукчей было человек сорок, русских – 15, однако нападение было отбито и ясак благополучно доставлен в недавно основанный Якутский острог, куда Дежнёв за три года до того был переведен из Енисейска, где занимался преимущественно усмирением якутов.

В следующем, 1642 году, казак Дмитрий Зырян aka Ярило с товарищами к западу от Колымы, на реке Алазее, встретил группу чукчей, предложил им заплатить ясак и был мирно послан. А Дежнёв тем временем собирал ясак на Оймяконе, откуда спустился в Индигирку, по которой вышел к Северному Ледовитому океану – там отряды Дежнёва и Зыряна соединились. В следующем году в качестве базы для дальнейшего продвижения на восток ими был основан Нижнеколымский острог, но чукчи к тому времени окончательно покинули левый берег Колымы под давлением юкагиров.

В 1646 году мезенец Исай Игнатьев совершил первое плавание по Ледовитому океану на Восток от устья Колымы и привез в Нижнеколымский острог моржовую кость. В 1647 году за "рыбьим зубом" была послана новая экспедиция, в которую правительственный приказчик острога (по сути – комендант) Василий Власьев включил и Дежнёва – с дополнительными обязанностями собирать пошлины с добычи и объясачивать встречных инородцев. Эта партия вскоре вернулась, встретив на пути непроходимые льды; но на следующий год холмогорец Федот Попов собрал новую партию, к которой вновь присоединился Дежнёв. 20 июня 1648 года из устья Колымы вышли семь кочей, по тридцать человек в каждом. Большого Чукотского Носа достигли только три из них – под командованием Дежнёва, Попова и Герасима Анкудинова – остальные разбились о камни в шторм. Часть людей с погибших судов выбралась на берег, но экипажи уцелевших кочей не смогли помочь им…


Коч Дежнёва проходит Чукотский Нос - ныне мыс Дежнёва

Обогнув Чукотский Нос, казаки сошли на берег близ стойбища чукотского вождя Эрмэчьина. Контакт состоялся мирно к обоюдному удовольствию обеих сторон: казаки наменяли себе моржовой кости, познакомили главу клана с водкой и спустя пару дней отчалили. Однако через некоторое время Анкудинов со своей командой решил вернуться, разграбил и пожег стойбище Эрмэчьина, после чего потерпел крушение – начавшийся шторм разбил его коч о скалы. В результате желающий отомстить Эрмэчьин напал на сошедших на время шторма на землю казаков Дежнёва и Попова. В бою Попов был ранен, и казаки под градом костяных стрел отступили в море, после чего корабли разметала буря. Коч Попова прибило к берегам Камчатки, где весь его экипаж погиб от цинги и в боях, а Дежнёва выбросило на берег за устьем Анадыря, в районе Олюторской губы.



Потерпев крушение, Дежнёв и оставшиеся 25 человек десять недель шли к устью реки Анадырь. Припасы закончились уже на шестой неделе, половина отряда замерзла и пропала без вести в пути. Перезимовав у устья, оставшиеся тринадцать казаков летом 1649 года на вновь построенных лодках поднялись по реке до первых поселений юкагиров, которых умудрились объясачить. Тут, на среднем течении реки Анадырь, ими было оборудовано зимовье, на месте которого в 1652 г. был построен Анадырский острог.


Маршруты на Чукотку и Аляску в XVII-XIXdtrf[

Меж тем с 1649 по 1650 год нижнеколымские казаки предприняли целых четыре военных похода с целью найти и объясачить чукчей, из них первые два раза вообще никаких чукчей не нашли, а два других закончились бессмысленными вооруженными столкновениями с обоюдными потерями. Это стало началом затяжной войны, в ходе которой чукчи регулярно нападали на русских торговых и промышленных людей и ясачных (а значит, находившихся под защитой русских) юкагиров. Русские в ответ предпринимали карательные рейды, обычно в союзе с юкагирами, ибо самих казаков было слишком мало – так, в 1659 году в походе на чукчей участвовало полторы сотни юкагиров и всего 19 служилых и "охочьих" русских.

Положение осложнялось тем, что у чукчей отсутствовала какая-либо централизованная власть, с которой можно было бы заключить мирное соглашение, не говоря уж о том, чтобы делегировать местной знати полномочия по сбору ясака – хотя такие попытки неоднократно предпринимались. Глав семейных общин, с которыми удавалось договориться, объявляли "тойонами" и "князцами", вручали им соответствующие документы… власть их, разумеется, не распространялась дальше пределов стойбища.

В 1653 и 1662 году армии в несколько сотен чукчей осаждали Нижнеколымский острог. Оба раза от них отбились, но гарнизон понес тяжелые потери – в 1676 году острог мог оборонять только сам себя. Чукчи нападали на оставшихся без защиты юкагиров, убивая мужчин, уводя жен и детей, угоняя стада оленей; громили амбары и лабазы русских промысловиков. К 1679 в Нижнеколымском зимовье осталось 10 служилых, которые уже не могли выйти за дровами и на рыбную ловлю вследствие постоянной угрозы нападения со стороны чукчей.


Вид Нижнеколымского острога. Рисунок Луки Воронина, XVIII век.

В Анадырском остроге дела обстояли немногим лучше. В 1688 году – Дежнёв к тому времени вернулся в Москву – чукчи внезапным ночным нападением уничтожили отряд анадырского коменданта пятидесятника В. Кузнецова, шедшего Олюторским морем на юг. В 92 был предпринят ответный поход анадырцев во главе с комендантом – "сыном боярским" С. Чернышевским к устью Анадыря, в ходе которого было "побито" 16 чукотских "юрт".

Апрель 1702 года – поход казаков во главе с А. Чудиновым из Анадырска на чукчей в защиту ясачных юкагиров-ходынцев. В нем участвовали 24 русских, 110 юкагиров и коряков. Бой состоялся на Анадырском носу с 300 оседлыми чукчами, из которых более 200 было убито, а остальные бежали. На следующий день подошло чукотское ополчение из более чем 3000 оленных и оседлых чукчей. Россияне, выдержав пятидневную осаду в полевом лагере из нарт и потеряв ранеными 70 служилых и юкагиров, отступили в Анадырск.

1708 год – поход колымского приказчика И. Енисейского за ясаком на "носовых" чукчей, которые в очередной раз отказались платить дань. Уничтожено 12 чукотских "юрт". Здесь перечислены, подчеркну, крупнейшие сражения – мелкие стычки происходили почти постоянно.

Положение становилось все тяжелее, однако особого внимания ни сибирские, ни тем паче московские власти к "чукотской проблеме" не проявляли – им хватало турок со шведами. Ситуация изменилась в 1727 году…

Продолжение следует
Tags: Чукотка, военная история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 67 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →